«Фальсификация и профанация. Они потратят миллиарды на ерунду»

Зачем власть придумала «конкурс имен для аэропортов»? Обсуждают Владимир Милов, Павел Родькин и другие

Откуда и зачем взялась идея о тотальном присвоении знаменитых имен российским аэропортам? Сколько будет стоит российскому бюджету эта затея? Обсуждают политический экономист Владимир Милов, эксперт по рекламе Павел Родькин, общественники из Калининграда Виталий Садков и Соломон Гинзбург и владелец Омского аэропорта Поповка Александр Анисимов. Ведущая Елена Рыковцева

Елена Рыковцева:

 

Мы обсуждаем событие, которое завершится завтра, но не имеет никакого значения, чем оно завершится. Владимир Милов, политический экономист, с нами также Павел Родькин, специалист по рекламе. Мы обсуждаем совершенно абсурдную с точки зрения очень многих людей всю эту тотальную, массовую операцию по наименованию, они называют это словом «нейминг» на своем сайте, по приданию знаменитых имен десяткам аэропортов Российской Федерации. Все это происходит в режиме блица, за полтора месяца люди должны обсудить, проголосовать, и решение – вот оно, принято. Ваша версия, что это такое?

Владимир Милов: Когда в стране стагнация, власть не может нас куда-то двинуть, у нас уже больше 10 лет без экономического роста и его не планируется, это отвлекает нас от обсуждения трехлетнего бюджета, который Путин только что подписал. Там не предполагается роста доходов, роста пенсий, максимум 1–2% в год реальные доходы и пенсии будут расти. Конечно, нужно заняться какой-то такой ерундой. У нас начинают часовые пояса менять. В позднем Советском Союзе любили с этим играться, когда все разваливалось, а они занимались отменой летнего времени и так далее. Всякие такие штуки – это просто примета, что власть реально не может нам ничего серьезного предложить по поводу того, куда все-таки двинется страна, но начинает отвлекающие тепловые шашки выстреливать в стороны, чтобы люди обсуждали это. Во-первых, это ужасная идея, потому что она дико дорогостоящая. Начиная с того, что, по стандартам Международной организации гражданской авиации, если страна переименовывает аэропорты, она всю картографию меняет за свой счет. Это десятки и, возможно, сотни миллионов долларов на каждый аэропорт. Я не знаю, где они деньги будут брать. Кроме этого, куча всяких затрат с этим связана. Многие слушатели, зрители летают тоже, они знают прекрасно, что когда переименовывается аэропорт, часто это связано с именами великих людей – Кеннеди, Леонардо да Винчи, Вацлав Гавел, Шарль де Голль и так далее. Они реально не рискнут назвать ни один аэропорт именами великих наших реформаторов последнего времени, ни Ельцина, ни Горбачева, ни Немцова, ни Гайдара аэропортов не будет в связи с нашей обстановкой. Поэтому они начинают обсуждать каких-нибудь Татищевых, люди сразу лезут гуглить, кто это. То есть это не даст нам реально никакого имиджа страны.

Елена Рыковцева: Горбачев жив, а аэропорт имени Гайдара снесут просто народные массы.

Владимир Милов: Аэропорт имени Джорджа Буша в Техасе был назван при его жизни, так что в этом нет ничего страшного.

Елена Рыковцева: Условие, которое ставит Владимир Мединский, который инициатор всей этой идеи, все-таки чтобы был не живой, как-то его смущает, когда живой. Посмотрим в сюжете, как все это было.

Елена Рыковцева:

Павел, почему их так много, зачем их таким скопом переименовывать и во что это действительно может обойтись, с вашей профессиональной точки зрения?

Павел Родькин: Хотел бы начать с того, что любой нейминг, любой брендинг создается не на тему Канта, не на тему Летова, не на тему Ельцина и так далее, любой нейминг и брендинг создается с определенной целью. Проблема данного переименования – что цель остается не артикулированной, непонятной.

Елена Рыковцева: А вам тоже она непонятна?

Павел Родькин: Мне, честно говоря, тоже. Я думаю, у многих возникает вопрос, какую задачу, какую прикладную практическую цель мы решаем этим переименованием, кто наша целевая аудитория. С целевой аудиторией объективно более-менее понятно, потому что достаточно открыто заявлено, что целевая аудитория – это иностранцы.

Елена Рыковцева: Никто такого не заявлял.

Павел Родькин: Прозвучало, что в основном это иностранные граждане, которые приезжают в Россию, они должны просветиться, восхититься историческим деятелями, потому что топонимические названия для иностранцев непонятны. Кстати, для внутреннего пользования как раз все дело наоборот обстоит, потому что топонимические названия нам более понятны.

Читайте также:  Нетаньяху выиграл: Москва выдавливает Иран из Сирии

Елена Рыковцева: Что касается денег – это понятно?

Павел Родькин: Что касается денег, здесь более-менее понятно. Потому что если рассматривать данную тему, а она ровно на две части делится: на идеологическую и политическую: вопрос, именем кого называть, и чисто прикладную, техническую. С точки зрения технологической можно сказать, что вся эта история, все это предприятие стоит достаточно больших денег. Без всевозможных инсинуаций, без всевозможных обвинений в распилах и так далее сам по себе этот комплекс мероприятий стоит очень много денег. Он включает в себя какие-то исследования, качественные, количественные, задачи по созданию дизайна, целого фирменного стиля.

Елена Рыковцева: Избегая слова «распил», мы скажем, что Владимир Мединский обеспечил работой огромное количество россиян.

Павел Родькин: Даже без всяких подозрений могу сказать, что данный комплекс работ по определению стоит дорого, потому что он включает в себя очень большую цепочку деятельности, включает в себя необходимость привлекать большое количество профессионалов из разных областей. По определению чисто технологически это дорого. Тем более если мы умножим на масштаб, потому что речь идет не об одном аэропорте, а о целой федеральной сетке.

Елена Рыковцева: Мы не участвуем сегодня в обсуждении – Пушкин или Лермонтов. Вместо того, чтобы разобраться, зачем все это, если это так дорого обойдется стране, начинают голосовать и принимать в этом участие. Почему не задаются вопросом, сколько это стоит?

Владимир Милов: Я думаю, что это продукт такой телевизионной реальности, в которой мы живем, нам каждый день скармливают какие-то пропагандистские штуки, они уже привыкли. Как анекдот известный: по телевизору же врать не будут. То есть если руководство страны сказало и все эти пропагандисты начали хором петь, что это нужно… У людей есть узкое поле, что они могут обсудить. Они могут только обсудить – Лермонтов или Пушкин, потому что начальство уже решило, что надо переименовывать. Плюс у нас, к сожалению, люди отучились задавать власти вопросы, в том числе неприятные, конечно, про деньги. Это дико звучит на фоне разговоров о том, что якобы негде взять деньги на то, чтобы не повышать пенсионный возраст и налоги. То, о чем Павел говорит, – это только верхушка айсберга, переделка всей нашей внутренней инфраструктуры. А то, о чем говорил я, давайте я озвучу цифру – 45 аэропортов назвал Мединский. Просто по сути только заплатить за право их переименовать, еще ничего там не переделали, никакой дизайн, никаких исследований для того, чтобы внести изменения в картографию, – это типа миллиард долларов, а может быть и больше. Есть конкретная куча примеров в мире, когда аэропорты переименовывали, очень часто, кстати, это сопровождалось большими протестами жителей, потому что эти деньги можно было лучше потратить, особенно в бедных странах. В Африке с этим было много историй, там были реально большие протесты против переименования аэропортов. Потому что социальная инфраструктура разбитая, а десятки и сотни миллионов тратят на какую-то ерунду. Людям надо приучать себя задавать власти острые вопросы, а не сидеть в интернете и кликать: Летов, не Летов. У нас очень серьезная ситуация реально, люди жалуются, что зарплаты не растут и не собираются, повышают пенсионный возраст, будет рост цен, торможение роста из-за повышения НДС, в это время мы вышвыриваем миллиард долларов на этот проект. Это я еще не говорю о том, о чем Павел сказал, сколько эти переделки будут стоить, это просто за право переназвать их, чтобы Международная организация гражданской авиации признала и внесла изменения.

Елена Рыковцева: Тут еще они очень хотят показать этот энтузиазм – вся страна голосует, все участвуют. Это очень важно продемонстрировать. Мы вам покажем несколько страничек с этого сайта, где идет голосование. «Сотрудники кинологической службы ГУ МВД России по Самарской области приняли участие в голосовании в рамках проекта «Великие имена России» без отрыва от службы. Мобильный пункт для голосования приехал к ним на работу – в центр кинологической службы. Четвероногие питомцы сопровождали своих наставников. За кого голосовать, долго не спорили, всеми четырьмя лапами за одну кандидатуру – за Сергея Королева». «Акция «Великие имена России» захлестнула сегодня областной День призывника, который проходил в Новосибирске. Более четырех тысяч человек, пришедших на праздник, проголосовали за одно из трех имен претендентов». Люди еще в армию не успели пойти, а уже строем голосуют. Конечно, замечательная история, как жительница Пензенской области написала открытое письмо Михаилу Лермонтову по случаю конкурса «Великие имена России». Приводится это письмо: «Здравствуйте, уважаемый Михаил Юрьевич. Появился повод обратиться к Вам, приятный повод. Ваше имя вошло в тройку лидеров в рамках реализации проекта, о котором я упомянула выше. Вам будет любопытно, а кто же соперники? Будьте спокойны, все – люди достойные. Это Ваши земляки – В.Белинский и А.Куприн. Достойные, но их заслуги меркнут перед Вашим гением!» Еще несколько заголовков из новостной ленты голосования: «Голосование вышло за пределы Земли. Уральский космонавт Сергей Прокопьев принял участие в конкурсе. «Брилев (сам Брилев!!): «Только за последние десять дней во всероссийской акции по выбору имен поучаствовали свыше двух миллионов человек». Конечно, Поклонская проголосовала, угадайте, за кого: за присвоение аэропорту Мурманска имени Николая II. Еще один чудесный заголовок: «Мисс мира 2008 поторопила россиян выбрать новые названия для аэропортов». «Бузова определилась с новым названием аэропорта Пулково». «Проект очень важный, он всколыхнул всю страну», – сказала директор Института непрерывного образования Псков ГУ Инна Андриянова.

Читайте также:  Встреча Путина и Трампа на G20 "пройдет" через Керченский пролив

И вот новость о финальном туре конкурса: «Более 3,6 миллиона человек проголосовало, рекордный прирост голосов за последние сутки – 740 тысяч». Может быть, угадаете аэропорт, где самое живое голосование?

Владимир Милов: Затрудняюсь даже.

Елена Рыковцева: Конечно, симферопольский. Россияне озабочены тем, чтобы дать имя аэропорту Симферополя. Если бы вы проявили социальную ответственность, вы могли бы дать имя любому аэропорту страны, потому что вас больше, чем жителей этого города. На самом деле там не учитывается, кто голосовал за этот аэропорт, то есть одна Москва могла бы дать имена всем 47 аэропортам страны, если бы она была активной.

Владимир Милов: Симферополь потом второй раз придется переименовывать, так что два раза придется заплатить.

Елена Рыковцева: Потому что когда это делается за полторы недели, как их референдум, наверное, все придется переименовывать.

Павел Родькин: Мне кажется, что это голосование не связано с каким-то оптимизмом, какого-то ажиотажа не вызывает. Даже можно сравнить те баталии, которые еще недавно вызывали споры о памятнике Ивану Грозному, уж какая буря в социальных сетях разворачивалась, кто он – мировой злодей или великий царь. Нынешнее голосование, на мой взгляд, достаточно безэмоционально происходит. Конечно, всегда можно найти определенную категорию граждан, которые будут активно участвовать в любых публичных мероприятиях, но в целом, если посмотреть, общество реагирует совершенно спокойно, я бы сказал, равнодушно.

Владимир Милов: Это неудивительно совершенно, потому что у нас есть пример перед глазами. Я часто летаю «Аэрофлотом», у них есть такая манера – они называют воздушные суда именами разных известных людей, очень много действительно великих и хороших людей. Это никого не волнует, потому что капитан объявляет: наш полет проходит на высоте, а кстати, наше судно называется именем Рахманинова. И никакой реакции я не вижу. Я думаю, что когда будут конкретно переименовывать уже, вот здесь могут быть большие споры, потому что не всем понравится аэропорт Николая II, мягко говоря.

Елена Рыковцева: Давайте послушаем Калининград, потому что реально в Калининграде действительно возник конфликт уже на этой стадии, еще до завтрашних объявлений конкурса. С нами на связи Соломон Гинзбург, депутат, общественный деятель, который предложил назвать аэропорт Калининграда именем Канта, и это вызвало жесточайшее сопротивление в городе или это нам все так представляют, чтобы подхлестнуть интерес к этому конкурсу?

Читайте также:  Что будет с Ираном после введения санкций США

Соломон Гинзбург: Я не являюсь депутатом, моя победа была в сентябре 2016 года украдена на выборах в областную Думу. Не все так плохо, как кажется, все гораздо хуже. Мало того что людей решили отвлечь от злободневных проблем и дали им в руки эту культурологическую игру, погремушку, инициированную либо в АП, либо в Минкульте. В стране 25 миллионов бедных, но, видимо, хочется отвлечь от пенсионной реформы, от роста цен на продукты питания, продукты первой необходимости. Мало того что это процесс, когда можно высказать свое мнение, свое волеизъявление, так еще тотальная фальсификация. Что касается Канта, действительно на общественных слушаниях в Общественной палате, я являюсь ее членом, веду направление, которое называется Общественная дипломатия, был крайне удивлен, когда в конце октября этот вопрос обсуждался, почему в шорт-лист не попал для обсуждения наш земляк Эммануил Кант. Он, кстати, был подданным Российской империи. В преддверии 2024 года, ему исполняется 300 лет – это юбилей. Здесь и вопрос историко-культурной традиции, и философского наследия, его трактат «К вечному миру», что очень актуально. После моего выступления все равно он не был включен в шорт-лист для голосования. Тем не менее общественность писала письма, устроители этого шоу, этой профанации вынуждены были включить Канта, который набирал в первые несколько недель голосования примерно в три-четыре раза больше голосов, чем другие уважаемые соискатели, среди которых и Елизавета Петровна, спущенная, очевидно, из Минкульта, императрица российская, и маршал Василевский, и другие уважаемые герои, полководцы Великой Отечественной войны. И вдруг что-то стало твориться неладное, когда Кант был практически недосягаем. Это как выборы в Приморье, когда после обработки 99% голосов понятно, кто выиграл, но вдруг 1%, который подсчитывается, коренным образом меняет ситуацию. Мало того что выборы сфальсифицированы и уже делигитимизированы среди калининградцев и не только среди калининградцев, в регионе началась целая антикантовская кампания. Если вы выйдете на сайт, популярный портал в Калининграде, вы увидите, как вице-адмирал Мухамедшин агитирует против Канта, призывая голосовать своих военнослужащих, своих подчиненных против предателя Германии Канта, который присягнул на верность русской короне, который призывает, что никогда вы Канта не читали и читать не будете, он писал непонятные для нас книжки. Во-вторых, позорная акция, впервые за четверть века, когда в ночь с 25 на 27 ноября были испоганены все памятные места в Калининграде, связанные с Кантом. Облита краской его могила на острове Канта в Кафедральном соборе. Практически измызган краской его памятник, который устанавливался в 1992 году, залит краской. Это целая кампания, которая прошла после отъезда из Калининграда гостившего у нас чистейшего и святейшего патриарха всея Руси. Это как называется, какую привлекательность мы создаем? Это патриотично?

Елена Рыковцева: Зачем вы во всем этом согласились участвовать? Зачем вы вообще предлагали Канта? Если это профанация, это шоу, не проще было бы сказать: какое переименование, в стране нет денег, зачем этот цирк? Почему вы туда – с этим Кантом?

Соломон Гинзбург: У нас выборы в Российской Федерации – это тоже профанация. Что, в них не участвовать? У меня была возможность выступить с высокой трибуны и показать всю убогость этого проекта, предложить альтернативу. Там были разного рода экзотические предложения. В том числе и Людмила Шкребнева, впоследствии Путина, бывшая супруга президента. Кстати, если бы те, кто занимается дискредитацией Канта, вспомнили бы не к ночи будет помянутого нашего президента, 1 апреля 2013 года во время визита в Калининград он сообщил о том, что встречается со студентами Университета имени Канта, что Кант должен быть символом не только университета, но и всего Калининграда. Я думаю, тогда Калининград содрогнулся от топота ног перебегавших в другой лагерь сторонников Канта.

Продолжение текста скоро, звук и видео всей передачи уже здесь

 

 

 

Не жмись, лайкни!!!

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Добавить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru
Подробнее в Политика
Госдеп рассказал об ответе НАТО на инцидент в Керченском проливе

Дипломат отметил, что США рассчитывают на «проявление лидерства» союзников. США рассчитывают на встрече глав МИД стран НАТО в Брюсселе выработать...

Самолеты-разведчики ВВС США приблизились к границам РФ над Черным морем

США провели очередную воздушную разведоперацию у берегов России на Черном море. Два самолета-разведчика США провели разведывательные полеты возле границ России....

Советы при Президенте РФ как форма укрощения строптивых

И вышел у меня с новым главным редактором творческий спор. Он утверждал, что всякая заметка должна начинаться с информационного повода....

Песков заявил о невозможности России стать вассалом

Россия отстояла свой суверенитет и стала примером другим в борьбе за него. Наша страна - неотъемлемая часть мирового сообщества, отказалась...

Закрыть